Грядущее или возможное эмбарго на ввоз импортных продуктов в Россию, похоже, у нас никого особенно не пугает. Наоборот, многие считают, что нет худа без добра, если раньше мы кредитовали западных фермеров, закупая у них урожай, то теперь станем субсидировать своих. С нашими-то бескрайними просторами, лесами и долами…

Между тем, не все так просто. События вокруг Крыма и Украины заставляют экономистов еще раз свести дебет с кредитом, а он не в нашу пользу. Доля импорта официально составляет около 50%, в крупных городах все 70. В минувшем году, по данным Росстата, эти объемы выросли еще на 4% и теперь равны примерно 42 млрд долларов.

В то же время экспорт продуктов из России снизился на 7%, что, безусловно, свидетельствует о неграмотной политике федеральных властей в аграрном секторе экономики. Если таковая, по правде говоря, вообще имеется. Ведь до 2016г. наша держава планировала выйти на уровень продовольственной безопасности, обеспечивать собственные потребности хотя бы по основным позициям продовольственной корзины, пишет «Московский комсомолец».

Сегодня, несмотря на угрозы, федеральная власть не заморачивается хлебом насущным. Совсем недавно президент Путин провел мощное совещание по ВПК, обсуждался вопрос замещения той продукции, которую нам поставляет Киев. Ну, а как быть с едой?

Самые скверные показатели у отечественных аграриев по говядине: из стран Латинской Америки (Аргентина, Бразилия) нам официально завозится 37% от объема потребления. На самом деле эксперты полагают, что значительно больше. И тут никаких светлых перспектив на ближайшее будущее. Традиционно так сложилось, что мы с советских времен развивали молочное животноводство, а у таких коров по определению не может быть мяса.

С говядиной «пролетаем», стэйки из мраморного мяса — не про нас. Свинины Россия ввозит около 30%, что также весьма большие объемы.

Несмотря на развиваемый нами молочный сектор, производство молока стремительно сокращается, поскольку по непонятным причинам в стране ежегодно снижается поголовье КРС. Основными поставщиками молока, сыров и сливок (небось, хотите сливок? Вот я вас за загривок… ) являются Белоруссия, Финляндия, Германия, Новая Зеландия. Импорт приближается к 50% и тут ничего не поделать, придется потуже затягивать пояса. Чтобы заполучить дойную корову, нужно минимум три года, а потом еще выяснится, что родилась не телочка, а бычок.

Более предпочтительными являются российские позиции по мясу птицы, ее импорт сократился до 10%, об «окорочках Буша» мы начинаем постепенно забывать. Определенный оптимизм вселяет и рыбная отрасль, отечественный рыболовный флот занимает 5-е место в мире. Тем не менее, порядка 20% морепродуктов мы закупаем в Норвегии и Исландии: лосось, сельдь, форель, килька и салака. Ну, и шпроты, само собой, Эстония. Однако при наихудших вариантах развития событий без рыбы мы не останемся, в случае чего перейдем на треску вместо форели.

В принципе, Россия имеет огромные резервы в овощеводстве, что, впрочем, не мешает ей закупать «на стороне» 20-40% продукции растениеводства. Огурцы и помидоры — в Турции, капусту в Польше, картофель в Нидерландах, Израиле, Египте. Чтобы насытить внутренний рынок этими продуктами, не надо, как в животноводстве, ждать долгие три года. Здесь все очень даже быстро. Весной посадил и посеял, а осенью засыпал в закрома, так сказать, родины. Тем более, что на нехватку площадей нам жаловаться грех: по статотчетам в России уже несколько десятилетий не обрабатывается около 40 млн. гектар сельхозземли.

Многим нашим согражданам такой «скрытый» резерв кажется тем самым спасательным кругом, ухватившись за который мы сможем перекантоваться в любой продовольственной блокаде. Однако прежде чем ввести эту пашню в севооборот, необходимо вырубить лес, который там уже успел вырасти, раскорчевать пни, внести удобрения. На это понадобятся долгие-долгие годы и деньги, еще раз деньги. Как говорится, ломать — не строить…

Впрочем, пока, к счастью, тишина, никто соль и крупу впрок не закупает, никаких очередей и ажиотажа. Запад медленно запрягает?